

Ещё в декабре 2025-го норвежские эксперты и спортсмены в один голос твердили: допускать россиян до Кубка мира – ошибка. Прошло шесть месяцев. Двукратный олимпийский чемпион Петтер Нортуг называет себя фанатом Коростелёва и Большунова, а главные скептики попросту замолчали.
Дарья Непряева и Савелий Коростелёв вошли в международный сезон без фанфар. Несколько этапов Кубка мира – скорее разведка боем, чем полноценный штурм. Когда их в срочном порядке включили в состав на Олимпийские игры, медальные ожидания оказались, мягко говоря, завышенными. Коростелёв был близок – но “близко” в спорте не считается. Наград из Олимпийской деревни никто не привёз.
Развязка пришла позже. Бронза на этапе в Контиолахти стала первой взрослой международной наградой в карьере Коростелёва. Не сенсационное золото, не медиашторм – просто честно заработанная бронза. Но именно она переломила восприятие.
Собирая мнения зарубежных журналистов, отечественная аудитория наткнулась на неожиданную картину. Те, кто прежде занимал нейтральную позицию, теперь открыто болеют за россиян. Радикальные критики ушли в тень. И только давний исключение из правил – норвежский журналист Ян Петтер Сальтведт, ещё прежде не разжигавший, – теперь смотрится в этом новом хоре вполне органично.
Причины этого разворота лежат на поверхности. Ни Непряева, ни Коростелёв пока не угрожают норвежской гегемонии в протоколах. Клебо по-прежнему недосягаем – и именно поэтому может позволить себе человеческий жест: сам пошёл на контакт с российским соперником, который поначалу его сторонился. Конкурент, которого не боишься, вызывает симпатию.
На этом фоне особняком стоит история Непряевой. Лыжница столкнулась с неожиданным источником критики – не норвежскими болельщиками, а собственными. Часть российской аудитории посчитала, что без высоких результатов ей нечего делать на международных стартах. Непряева в своих высказываниях дала понять: уровень поддержки в Европе уже превысил домашний. Это звучит парадоксально – но в этом своя логика. Европейцам незачем её гнобить: медали у них она не отнимает, а значит, можно и поболеть.
Нортуг пошёл дальше симпатий из вежливости. Легенда норвежских лыж, давно переживший появление Клебо и не утративший авторитета, высказался прямолинейно: мировые лыжи задыхаются без конкуренции. По его словам, он лично поддерживает общение с Коростелёвым и Большуновым и убеждён – именно такие гонщики нужны спорту, чтобы норвежцам было с кем бороться.
“Я скучаю по прежней конкуренции между россиянами и норвежцами”, – сказал он, и это, пожалуй, самая честная формулировка из всего, что звучало в этом споре за последний год.
FIS вряд ли пересмотрит своё решение о допуске – слишком много было сделано, чтобы теперь давать задний ход. Вопрос в другом: расширится ли состав российских участников? Появится ли в протоколах Большунов? Или это и дальше будет история двух пионеров, которым позволили войти в дверь, пока остальные ждут у порога.