

Сборная Ирана прилетела играть в страну, которая несколько месяцев назад нанесла удар по её территории. Впервые в истории мировых чемпионатов команда выступает на турнире, принимающем государством которого её страна находится в состоянии активного вооружённого конфликта. Это уже не просто футбол.
Ближайший исторический аналог — чемпионат мира 1982 года в Испании, куда приехали и Англия, и Аргентина. Но Фолклендская война завершилась буквально на следующий день после старта турнира, а сами команды так и не встретились на поле. Нынешняя ситуация куда острее: США и Иран продолжают находиться в состоянии конфликта, и обе сборные будут выступать в одной группе мировых соревнований.
Есть и другой исторический отсчёт. В 1998 году в Лионе состоялся матч, который тогда называли самым политически заряженным в истории турнира. Иранцы вышли с белыми розами для соперников. Обменялись вымпелами. Сфотографировались вместе. А потом выиграли 2:1. Той ночью Тегеран праздновал до рассвета. Сейчас о подобных жестах никто даже не заговаривает.
Иранская делегация уже перенесла тренировочную базу в Мексику. Власти США отказали во въездных визах 14 членам делегации — среди них генеральный секретарь и президент Федерации футбола Ирана. Трамп в марте прямым текстом написал, что не считает присутствие иранской команды на турнире уместным — «ради их собственной жизни и безопасности». Это не дипломатический намёк. Это угроза.
9 июня федерация объявила об отмене квот на билеты для иранских болельщиков на матчи группового этапа. Кто принял решение — не сообщается. Бойкот турнира команда всерьёз рассматривала, но отказалась: выход грозил бы колоссальными штрафами и дисквалификацией из будущих соревнований.
Внутри самой сборной — свои потрясения. Из состава без объяснений вылетел Сердар Азмун, один из ключевых нападающих, хорошо известный российским болельщикам по выступлениям за «Рубин» и «Зенит». По имеющимся данным, поводом стало совместное фото с эмиром Дубая — этого оказалось достаточно, чтобы получить статус нелояльного. Ряд иранских источников, близких к спецслужбам, сообщал о возможной конфискации его имущества на родине.
Значительная часть иранских болельщиков ждёт от футболистов не голов, а политического жеста. В памяти свежо: после убийства Махсы Амини команда демонстративно отмечала гол в товарищеском матче, а затем встретилась с тогдашним президентом страны Ибрахимом Раиси. На катарском чемпионате, когда Иран уступил США, люди в Тегеране радовались поражению собственной сборной. Один человек тогда погиб в беспорядках.
Первый матч Иран проведёт 16 июня — против Новой Зеландии, в Лос-Анджелесе. Именно здесь сосредоточена крупнейшая и наиболее политически активная иранская диаспора в мире. Что произойдёт на трибунах, вокруг стадиона и в самом городе до финального свистка — предсказать невозможно. Это давно перестало быть просто футболом.