

Обмен Эй Джея Брауна наконец получил официальный статус — и «Филадельфия» выдохнула. Левый тэкл «Иглз» Джордан Майлата сформулировал то, что многие в команде чувствовали месяцами: облегчение, а не горечь. Трансфер закрыт, неопределённость позади, можно работать.
«Звучит, может, ужасно, но — слава богу, это кончилось. Была такая медленная боль: он остаётся, не остаётся? Мы толком ничего не знали», — признался Майлата. По его словам, вопрос Брауна давно перестал быть командным приоритетом, хотя медиа планомерно возвращались к нему весь межсезон.
Фронт-офис «Иглз» долго держал официальную позицию: Браун — орёл. Генеральный менеджер Хауи Розман при каждом удобном случае повторял это как мантру. Но действия говорили иначе. Клуб разменял пики, чтобы подняться в первом раунде драфта и выбрать ресивера Макая Лемона — ход, который в контексте ситуации с Брауном читался однозначно. Сигнал был послан задолго до официального объявления.
Теперь нападение «Филадельфии» может двигаться вперёд без груза подвешенных вопросов. «Да, теперь мы можем идти дальше», — сказал Майлата, уточнив, что большинство игроков мысленно сделали это ещё шесть недель назад. Своих забот хватает.
Браун — потеря весомая. Ресивер трижды за карьеру набирал более 1000 ярдов за сезон, а в паре с ДеВонтой Смитом формировал один из лучших дуэтов в НФЛ. Заменить такого напрямую не получится. Однако по глубине состава группа атакующих в «Иглз» выглядит даже сильнее, чем год назад: Смит остаётся бесспорным первым номером, а роль второго ресивера теперь — это, по сути, открытый конкурс с Лемоном в главной роли.
Многое в наступающем сезоне упрётся в то, как быстро Лемон адаптируется к уровню лиги. Новичок из первого раунда — это ставка, а не гарантия. Слот-ресивер с взрывной скоростью и чистыми руками, он способен закрыть большую часть того объёма, что прежде шёл через Брауна. Но разница между «способен» и «делает» в НФЛ — огромная.
Есть и другой аспект, который трудно оцифровать. Прошлый сезон «Иглз» сопровождался заметной напряжённостью в группе ресиверов: недовольство распределением мячей, публичные сигналы, переговоры по контракту, затянувшиеся до предела. Теперь этого фона нет. Команда получила то, что ценится, пожалуй, не меньше любого драфтового выбора — тишину в раздевалке.