

Бывший чемпион мира Заб Джуда вновь вернулся к одному из самых спорных эпизодов своей карьеры — поединку против Флойда Мейвезера в апреле 2006 года. Спустя почти два десятилетия американец по-прежнему убеждён: тот бой минимум тянул на ничью, а по ходу скандальной концовки всё вообще могло закончиться дисквалификацией соперника.
По версии экс-чемпиона, ключ к спору лежит в первых раундах. Джуда настаивает, что забрал стартовую половину боя, а с учётом нокдауна в четвёртом раунде имел полное право рассчитывать как минимум на равный итог по запискам. Логика у него простая и для бокса вполне понятная: если один боксёр взял шесть раундов из двенадцати, а другой — остальные шесть, это ничья. Именно так он и смотрит на ту встречу до сих пор.
Но главный нерв его претензий связан не только с судейством. Джуда напоминает о хаосе в десятой трёхминутке, когда после спорного удара ниже пояса и попадания по затылку на ринг ворвался Роджер Мейвезер, дядя Флойда, после чего завязалась массовая потасовка. По мнению Джуды, сам факт появления постороннего человека в ринге должен был автоматически менять исход эпизода. Он прямо говорит: в нормальной логике правил это повод для дисквалификации. И это уже не эмоция, а претензия к применению регламента.
Тот бой давно стал частью большого мифа о карьере Мейвезера, завершившего путь с официальным рекордом 50-0. Поэтому любой пересмотр старых споров бьёт не только по памяти о конкретном вечере в Лас-Вегасе, но и по конструкции всего наследия. Джуда на это прямо намекает: если бы тогда решение пошло в другую сторону, безупречная статистика одного из самых коммерчески успешных боксёров века выглядела бы иначе. А это уже меняет оптику.
Отдельно бывший чемпион жёстко прошёлся по самой системе, в которой Мейвезер годами проводил крупнейшие бои в Неваде. Джуда описывает это почти как боксёрскую резиденцию: два больших выхода в год, понятная площадка, привычная комиссия, отлаженная индустрия вокруг звезды. Формулировка резкая, но смысл считывается легко. В элитном боксе домашняя экосистема нередко значит не меньше, чем работа джебом и ногами.
Ещё один важный тезис Джуды — последствия послематчевой драки. После боя он получил годичную дисквалификацию, и, по его словам, именно это окончательно сняло тему немедленного реванша. Пока он был вне игры, команда Мейвезера двинулась дальше по лестнице больших событий, а окно для второй встречи захлопнулось. Для профессионального бокса это типичная история: стоит выпасть на год, и рынок быстро перестраивается.
Сам эпизод, с которого началась свалка, Джуда трактует однозначно: умысла в ударе ниже пояса и попадании сзади не было. Он объясняет случившееся усталостью, темпом поздних раундов и общей горячкой момента. Версия спорная, но она укладывается в контекст того боя: встреча действительно шла на нервах, а Мейвезер в первых раундах выглядел заметно менее комфортно, чем привыкли видеть его позже.
В сухом остатке позиция Джуды не изменилась за 19 лет. Он считает, что либо заслужил ничью, либо должен был получить победу из-за вмешательства в ринг, а отказ от реванша только укрепил его в этой мысли. Формально история давно закрыта. По факту — нет. Для бокса, который живёт не только протоколами, но и вечными спорами о справедливости, такие сюжеты не стареют.