Эд Ширан нашёл в секонд-хэнде пластинку 1978 года — и вытащил её автора из забвения
Восьмидесятилетний британский фолк-певец Аллан Тейлор почти полвека оставался известен узкому кругу ценителей. Всё изменилось в апреле, когда Эд Ширан наткнулся на его виниловый альбом The Traveller в магазине подержанных пластинок в бруклинском Уильямсбурге и выложил восторженный отзыв. Пост разлетелся — и альбом, прежде существовавший лишь в тени на YouTube, наконец добрался до стриминговых платформ.
Случайная находка с большими последствиями
Ширан написал, что покупает случайный винил по магазинам и периодически натыкается на настоящие жемчужины. The Traveller он не смог найти в онлайне — и именно это, по его словам, сделало пластинку особенной. После публикации два артиста связались и долго говорили по телефону. «Он оказался удивительно приземлённым, дружелюбным и очень интересным как автор песен», — рассказывает Тейлор. Ширан, по его словам, обещал заглянуть на чай.
Результат оказался вполне ощутимым. Лонгплей 1978 года теперь доступен на всех основных стриминговых сервисах. Примечательно, что среди городов с наибольшим числом ежемесячных слушателей Тейлора на Spotify — Варшава, Бонн и Берлин. Европа давно его приняла; на родине — иначе.
Человек, который сделал всё не так — и всё равно выжил
История Тейлора — это хроника дорог, упущенных контрактов и принципиального отказа идти на компромисс. В 21 год он бросил работу телефонного инженера в Брайтоне, продал подарки на день рождения и уехал в Швецию с гитарой и почти без денег. Выживал как умел: заходил в бары, начинал играть, ждал, пока кто-нибудь предложит выпивку и ночлег.
Потом была поддержка Fairport Convention на сцене Королевского Альберт-холла — переход от выступлений перед двадцатью пятью людьми к залу на пять тысяч. Контракт с крупным американским лейблом, подписанный без юриста, — и потерянные тысячи. Работа в Нью-Йорке: Island Records поручил ему несколько недель «присматривать» за Бобом Марли и Wailers, пока те гастролировали по городу. Потом — ещё один контракт, снова без адвоката, снова под финансовым давлением. Узлы на голосовых связках, три месяца молчания и конец группы Cajun Moon.
«Всё, что я делал неправильно, он сделал правильно», — говорит Тейлор об Ширане. Без горечи. Скорее с иронией человека, который давно всё для себя решил.
Голос, найденный в два часа ночи в Брюсселе
The Traveller стал итогом этих странствий. Заглавная песня — про человека, который гнался за деньгами и славой и потерял себя. Тейлор говорит: если цель — деньги и признание, проигрыш лишает тебя идентичности. Если держишься своих убеждений — терпишь поражение на собственных условиях. Альбом не попал в чарты, зато взял приз за лучший фолк-альбом на Montreux Jazz Festival.
Свой настоящий голос Тейлор нашёл позже — в начале 1980-х, в баре в Брюсселе около двух ночи. Он смотрел на бармена, протирающего стаканы, на завсегдатаев, на ночных прохожих — и понял: у каждого есть история, и надо просто её записать. Так появилась песня Win or Lose и начался собственный стиль: европейские интонации, смешанные с фолком и кантри, глубина, которую иногда сравнивали с Леонардом Коэном и Джонни Кэшем. Его песню It’s Good To See You с того же альбома перепели больше ста раз — среди каверов версии Дона Уильямса, Наны Мускури и немецкого фолк-ветерана Ханнеса Вадера.
Летом Тейлор собирался завершить карьеру серией прощальных концертов в фолк-клубах. Помешали проблемы со здоровьем. А потом пришёл Ширан — с инстаграм-постом и неожиданным вторым шансом на внимание.
