Mixtape от Beethoven and Dinosaur: игра вне времени, которую не поняли
Вокруг Mixtape сложился странный парадокс: игру активно обсуждают, но обсуждают не то. Большинство критиков завязли в вопросе «когда происходит действие» – и пропустили главное. Музыкальное приключение студии Beethoven and Dinosaur, известной по The Artful Escape, намеренно существует вне конкретной эпохи. Это не баг. Это суть.
Три подростка и последняя ночь в Blue Moon Lagoon
По сюжету Mixtape – история троих тинейджеров из выдуманного тихоокеанского городка. Стейси Рокфорд, убеждённая в собственной исключительности, бросает запланированное road trip-путешествие ради карьеры музыкального супервайзера в Нью-Йорке. Ван Слейтер плывёт по течению. Кассандра Морино молча, а потом громко разрушается от предательства подруги. Всё это разворачивается в одну финальную ночь, под плейлист, который Стейси составила сама – и который она же комментирует, ломая четвёртую стену.
Формально в игре намешано всякого: сленг из нулевых, песни 1995 года, отсылки к 1992-му. Критики ухватились за эту неряшливость и принялись измерять, насколько точно Mixtape воспроизводит американское пригородное детство девяностых. Вывод у многих получился предсказуемый – недостаточно точно. Но это похоже на разбор фильма «Выходной день Ферриса Бьюллера» с претензией, что пробка в Чикаго показана нереалистично.
Жанр, который существует в каждом поколении
Beethoven and Dinosaur работают в старом и живучем жанре – романтизации юности. Не конкретной эпохи, а самого ощущения: что ты главный герой, что этот вечер неповторим, что взрыв автомобиля от небрежного жеста – именно так оно и было. В Mixtape машины буквально взрываются, когда показываешь им средний палец. Фейерверки взлетают по команде. Бег через цветочное поле поднимает тебя в воздух.
Это не реализм. Это то, как мы рассказываем истории о себе – украшая, раздувая, делая обыденное эпическим. Поколение X мифологизировало свои восьмидесятые. Миллениалы довели этот процесс до предела. Зумеры уже вовсю ностальгируют по юности, которую им урезал ковид. Mixtape говорит именно об этом механизме – а не о конкретном десятилетии.
В этом ряду стоят «Хорошо быть тихоней», «Общество мёртвых поэтов», Night in the Woods, Life is Strange. Все они про разное. Подтекст у всех один: то, что ты делаешь, – важно. Именно ты. Никто другой не справится.
Ненадёжный рассказчик как художественный приём
Стейси – ненадёжный рассказчик. Она сама это сигнализирует с первых минут, обращаясь прямо к игроку. Она не летала над Blue Moon Lagoon. Но она чувствовала, что летала, – и это единственное, что имеет значение в её версии событий. Игра просит принять это условие без оговорок.
Именно здесь и спотыкается большая часть критики: она анализирует Mixtape как документальный срез эпохи, а не как исповедь подростка, который ещё не знает, что жизнь его скоро потреплет. Mixtape не врёт о девяностых – она рассказывает правду о том, как человек врёт себе, и почему это необходимо. Такое чувство не устаревает. Оно было всегда. Оно никуда не денется.
